Главная / Рефераты / Рефераты по культуре и искусству

Доклад: Духовная и художественная культура Греции


МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В.ЛОМОНОСОВА

 ДУХОВНАЯ И ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА ГРЕЦИИ

Реферат
студента
факультета правоведения
Международного Университета
Бизнеса и Управления
Буньода Саидова

1996

Когда мы говорим о древней Элладе как непрерывном культурном
феномене, мы должны помнить о том, что, как и в любой культуре,
представления людей о мире и его основах подвержены эволюции. Во
времена расцвета греческих государств-полисов, когда в Афинах во-
царилась демократия, представления греков о богах уже сильно раз-
нились от тех сказочных, полунаивных представлений, какие были во
времена Гомера. Это видно по тому, какие изменения претерпел образ
Зевса - из громовержца, который ссорился с другими богами, был
капризен и злоупотреблял своей силой он превратился в разумного
правителя мира, где все совершается по его мудрым указаниям.
Наиболее наглядно перемены в греческой духовной культуре про-
являются в отношениях дионисийского и аполлонического начал. Этот
вопрос был детально проанализирован Фридрихом Ницше. По Ницше бог
Дионис символизировал для греков самосознание человека, живущего в
таинственном, чарующем, но и полном опасностей мире дикой природы.
Этот мир, в принципе непонятный для человека и хаотический, зако-
ном в нем является произвол богов, символизирующих силы природы.
Однако не один лишь страх вызывал этот мир у греческого человека:
для него было возможным и естественным растворение в этом хаосе,
ощущение счастья принадлежности к этому мистическому миру. Орудие
Диониса - опьянение ,не знающее преград,которое пробуждает душу от
тягостного сна потока форм и влечет ее в чарующую область жизни,
не знающую преград и подчинений. Именно подобного выхода за рамки
собственной ограниченности и трепета перед магией мира добивались
греки во время праздников, посвященных богу Дионису, из которых
наиболее известными нам являются ежегодно проходившие мистерии в
Элевсине. На этих празднествах грек постигал природу дионисийского
мира в экстазе, уносящем душу на крыльях сладостного безумия во
дворец Всепоглощающей Любви, понимавшейся, по-видимому, глубинной
сущностью мироздания. Ницше полагает, чтозначение дионисийских ор-
гий в искуплении мира и духовном просветлении, которое позволяет в
иные дни не быть раздавленным ужасом мира.
Мир Диониса - мир телесной символики, причем не ограниченной
масками и строгостью ритуала, а всецело подчиняющей пляски, ритми-
зующей все тело участника, соединяющей его со всеми и растворяющей
его во всем. Именно здесь Ницше видит истоки музыкальных гармоний,
ритмов и динамики. Он также полагает, что в дионисийских мистериях
лежат истоки великого искусства античной трагедии. "Неопровержимое
предание утверждает, чтогреческая трагедия в своей древнейшей фор-
ме имела своей темой исключительно страдания Диониса и что в тече-
нии довольно продолжительного времени единственный сценический ге-
рой был именно Дионис". Страдания Диониса, по Ницше, это страдания
бога - то есть существа высшего порядка, "единого существа мира",
"на себе испытывающего страдания индивидуации", запутанного в сети
индивидуальной воли. Ведь, по преданию, Дионис был разорван тита-
нами, "при этом намекается, что это раздробление, представляющее
дионисийское страдание по существу,подобно превращению в воздух,
воду, землю и огонь, что, следовательно, мы должны рассматривать
состояние индивидуации как источник и первооснову всякого страда-
ния, как нечто само по себе достойное осуждения".
"Из улыбки этого Диониса возникли олимпийские боги, из слез
его - люди", - так повествует предание, устанавливающее первенство
и животворное начало Диониса. Но оно несет в себе не только стра-
дание, но и парадоксальную радость, диктуемое надеждой на возрож-
дение: ведь погруженная в вечную печаль Деметра вновь познала ра-
дость, когда узнала о возможности вновь родить Диониса. А таковая
возможность указывает нам на необычайно древние корни динисийского
начала, лежащие в далеком первобытном сознании человека, который
заметил, что все в мире циклично: рождается и умирает, и поверил,
что умеревшее вновь возродится в свой черед.
Второе естество греческой культуры - гармонии порядка и со-
размерности - заложено в аполлоническом начале. Его олицетворение
- прекрасный образ молодого бога Аполлона, который настраивает лю-
дей на возвышенные чувства, ему принадлежит искусство, более всего
- музыка и поэзия, его дар - вдохновение и талант. Аполлон - гений
величавой гармонии. Из хаоса первозданного океана жизни он творит
мироздание, выделяя части, придавая им форму, наполняя их смыслом,
соразмерным с замыслом целостности. Это Мировой Художник и его
творческая мощь придает миру гармонию в границах стойкости, поряд-
ка, устойчивости и покоя, торжествующему и непрерывному. В отличие
от вечно умирающего-возрождающегося Диониса Аполлон бессмертен и
неизменен, ибо он - воплотившийся Дух, тогда как Дионис - стремя-
щийся развоплотиться. Ницше полагает, что аполлоническое - это
проявление инстинкта столь же древнего, как и тот, что проявляется
в дионисийском, однако противоположной направленности: это стрем-
ление всему найти свое место означает прежде всего найти место в
мире себе, обезопасить свою личность от дезинтеграции, согласив-
шись на ограниченность, но при этом подчинить идее этой ограничен-
ности весь мир. "Как бы мог иначе такой болезненно чувствительный,
такой неистовый в своих желаниях,такой склонный к страданию народ
вынести существование, если бы оно не было представлено ему в бо-
гах озаренным в столь ослепительном ореоле", - говорит Ницше. Так
Аполлон (в символическом смысле) порождает весь олимпийский панте-
он, установил миропорядок, в котором боги оправдывают человеческую
жизнь, сами живя этой жизнью.
Антиномия дионисийского и аполлонического начал определила
пути развития греческой культуры. Трагедия, родившаяся, по опреде-
лению Ницше "из духа музыки", который но категорически приписывает
Дионису, и получившая свою форму под влияниям аполлонических тен-
денций, сказания Гомера, великая греческая архитектура - все, что
сделало эллинскую культуру великой, родилось из этой борьбы. Такой
неизбежной и необходимой, что ее несомненно можно назвать союзом.
Ведь вся культура Греции - это построение и оправдание мифа.
Даже философия, которая в современном мире призвана скорее развен-
чивать мифы (правда при этом неминуемо создавая новые), имеет ми-
фологические корни. Сказанное отностися не только к милетской шко-
ле, но и к более поздним философским учениям, например к философии
пифагорейцев, элеатов, Платона. Связано это с тем, что в древнег-
реческих мифологических и полумифологических текстах постепенно
накапливались сведения объективного характера и предпринимались
первоначальные попытки объяснения мира. Так, Гесиод написал поэму
"Теогония", что значит "Происхождение богов". В греческой литера-
туре мощный пласт образует мифологическая поэзия, а это не что
иное, как своды опоэтизированных мифов, но у Гесиода раскрываются
мысли человека, который пытается осознать не только то, что он не-
посредственно наблюдает и переживает, но его волнуют и весьма отв-
леченные вопросы, на которые он сам не мог дать ответ, но которые
уже не мог не поставить. Например, вопрос о том, откуда возникли,
как родились боги. Такая постановка вопроса уже не является чисто
религиозной. В сущности, вопрос о происхождении богов легко пере-
растает в вопрос о происхождении мира.
Таким образом, философ уже не является слушателем (читателем)
- потребителем мифа, хотя в повседневной жизни он, как и всякий
грек, окружен мифологией, более того, во всем - в языке, образах,
способах мышления не свободен от мифологии. Миф объясняет любое
природное событие волей божества, то есть причина выводится за
пределы самой природы, перемещается в небесную область, вверяется
богам. Но от такого, в широком смысле теологического, то есть сво-
дящего все причины к промыслу Божьему, объяснения философия от-
талкивается, уходит.
Когда мифология задавалась вопросами: почему, как устроены
космос и его тела, то от творцов мифов никто не требовал доказа-
тельств. Например, если они утверждали: Земля - огромное тело,
имеющее форму шара, то создатель мифа мог бы сослаться на что
угодно - на предание, на богов. А вот первые греческие мудрецы,
делая астрономические заключения, должны были давать конкретные
доказательства или хотя бы приводить абстрактные теоретические
построения. Как можно было в то время доказать шарообразность Зем-
ли? Каковы были "доказательства"? Главным образом, эстетические.
Так, пифагорейцы считали, что нашей Земле надлежит быть шаром, по
законам гармонии и совершенства, потому что круглое тело считалось
пластичным, красивым. Не было и не могло быть тогда эмпирически
достоверных доказательств относительно космоса и планет. О космосе
можно было рассуждать абстрактно, только на основе фантазии.
Философии было важно и удобно опереться на астрономический
материал, так как идея космоса, целостного, единого мира как уни-
версума была органичной для древней мысли и для философии вообще.<...

ВНИМАНИЕ!
Текст просматриваемого вами реферата (доклада, курсовой) урезан на треть (33%)!

Чтобы просматривать этот и другие рефераты полностью, авторизуйтесь  на сайте:

Ваш id: Пароль:

РЕГИСТРАЦИЯ НА САЙТЕ
Простая ссылка на эту работу:
Ссылка для размещения на форуме:
HTML-гиперссылка:



Добавлено: 2018.02.12
Просмотров: 44

При использовании материалов сайта, активная ссылка на AREA7.RU обязательная!