Главная / Рефераты / Рефераты по психологии

Реферат: Эффекты социально-психологических тренингов


Эффекты социально-психологических тренингов


План работы

1. Классификация эффектов

2. Проблема изучения долговременных эффектов, сохранение эффектов СПТ

3. Применимость результатов социально-психологического тренинга вне тренингового простанства

3.1 Этические проблемы, возникающие в процессе тренинга

3.2 Проблемы, связанные с отбором участников тренинговой группы

3.3 Индивидуальные особенности участников


1. Классификация эффектов

При применении групповых методов и социально-психологического тренинга в частности возникают эффекты двух групп: эффекты, касающиеся всей группы участников в целом, и эффекты, проявляющиеся у каждого участника в отдельности. Наиболее значимым в рамках диссертационной работы является вопрос о воздействии СПТ на личностные характеристики участников, в сфере их взаимоотношений с социальным окружением вне тренинга. В ходе СПТ происходит изменение личностных диспозиций участников. Вне группы тренинга под влиянием культурного и ценностного контекста обыденного социального окружения возникают эффекты, связанные с включением измененных личностных диспозиций в социальное существование индивида вне благоприятных условий тренинговой группы. Такие эффекты, проявляющиеся через определенное время после окончания тренинговых сессий, мы называем долговременными эффектами.

М. Мейгас предлагает определить "всевозможные изменения в человеке, возникающие под воздействием СПТ" понятием психологического эффекта СПТ [76, 21]. Это определение представляется несколько односторонним. Если говорить, что эффект СПТ может быть исключительно психологическим, то это значит, что мы должны отвергнуть факт существования множества видов СПТ, направленных как на изменение личностных качеств участников, так и не предусматривающих изменения личностных диспозиций, а направленных на формирование новых прикладных качеств и навыков. Также нельзя согласиться с утверждением, что любое изменение в человеке под воздействием СПТ является психологическим эффектом. В ходе СПТ возникает множество сопутствующих эффектов, не имеющих отношения к психической сфере личности участника. Примером таких изменений может служить улучшение физической формы, расширение кругозора и пр.

Понятие эффекта СПТ нуждается во более детальной проработке, а сами эффекты подлежат структурированию и классификации.

Словарь иностранных слов определяет эффект как результат действия какой-либо причины, силы, следствие чего-либо. Мерой измерения эффекта считают эффективность. Эффективность – это оценочная или нормативная категория, которая является итогом сравнения полученных результатов с поставленными целями.

Эффективность на практике можно оценивать на четырех уровнях:

1. Достижение общечеловеческих целей;

2. Достижение общекультурных целей;

3. Достижение групповых целей;

4. Достижение индивидуальных целей [78, 7].

М.Мейгас, Г.Пихо, М.Сеэт проводят классификацию эффектов СПТ по различным основаниям:

"Эффект СПТ позитивный, когда СПТ способствует развитию человека как члена общества. Пока мы не имеем возможности измерить эффект в большом масштабе и не знаем всех закономерностей влияния СПТ, эффект может быть и негативным. Можно, также различать индивидуальный и групповой эффекты, Поскольку бывают различные виды тренингов, можно поставить вопрос о наличии специфического эффекта для каждого СПТ и общего эффекта, одинакового для всех видов. Эффект СПТ кратковременный, когда изменения, возникшие под воздействием тренинга, не постоянны и исчезают через некоторое время. При долговременном эффекте изменения необратимы и сохраняются в течение периода, значительно превышающего продолжительность самого тренинга. Эффект может проявляться только в лабораторных условиях и не распространяться на повседневную жизнь человека, то есть быть чисто лабораторным. По соответствию поставленным целям можно выделить: ожидаемый и побочный эффекты. Побочный эффект может быть как позитивным, так и негативным с точки зрения сформулированных целей" [76, 22].

С содержательной точки зрения Л.А.Петровская [89] выделяет 3 группы эффектов СПТ.

1. Эффекты, относящиеся к самодиагностике:

· выяснение участниками, какими они предстают в глазах других людей - партнеров по общению;

· прояснение участниками на основе подытоживания сведений, полученных в процессе СПТ, какими они являются на самом деле;

· оценка того, насколько состоятельным, приемлемым является идеальное "Я" участников.

· развитие рефлексии;

· развитие умений дифференцировать и выражать свои чувства, осознание необходимости и трудности ясно и четко выражать себя;

· осознание того, что открытие себя возможно лишь в контакте с другими людьми и т.д.

2. Эффекты, относящиеся к диагностике партнеров по общению:

· расширение конкретных сведений о людях (в первую очередь об их внутреннем мире, образующих некий "эмпирический фонд").

· эффекты, заключающиеся в проверке участниками группы своих обобщенных "паттернов" (установок, образов), касающихся других людей.

· общие диагностические установки и умения, направленные на другого:

- стремление понять позицию партнера;

- большая обостренность к миру его чувств и его невербальным проявлениям;

- установка на всесторонность восприятия, оценки партнера;

- развитие умения слушать собеседника.

3. Сопутствующие эффекты СПТ:

· развитие установки на социально-психологическую активность и связанных с ней характеристик;

· осознание общения как самостоятельной ценности;

· развитие гуманистической установки на партнера по общению;

· эффекты психотерапевтического типа:

- повышение уверенности в себе;

- осознание участниками того факта, что беспокоящие их проблемы не являются чем-то уникальным, что они присущи другим людям, а это рождает чувство облегчения;

- групповая поддержка, повышение самооценки;

- активизация чувства нужности другим людям;

- снижение внутренней напряженности;

- облегчение после обсуждения проблем конкретного участника;

С.А. Беличева [115] называет пять основных ожидаемых эффектов СПТ:

1 приобретение психологических знаний – взглядов различных психологических школ на личность и процесс взаимодействия людей, движущие силы этого взаимодействия и приемы эффективного общения,

2 приобретение внешне выражаемых умений и навыков общения – в парном взаимодействии, в составе группы, при вступлении в контакт, при слушании и т.п. – то есть тактик общения,

3 коррекция (развитие, формирование) коммуникативных установок, таких как: партнерство – позиция силы, искренность – манипуляция, вовлеченность – избегание общения, настойчивость – соглашательство, то есть стратегий общения,

4 адекватное восприятие себя, других, ситуаций общения,

5 развитие, коррекция личности, ее глубинных образований, решение личностных, экзистенциальных проблем.

С. Ледер [65] выделяет такие эффекты как:

1 получение большего объема знаний о себе и своих отношениях с окружающими,

2 приобретение новых социальных навыков и навыков межличностного взаимодействия,

3 коррекция неадаптивных форм поведения,

4 разрешение трудностей и проблем, нарушающих функционирование и обедняющих личность,

5 ощущение счастья и удовлетворения от творческой жизни,

6 способность принимать самостоятельные решения и совершать выбор с целью эффективного самоконтроля и управления своим поведением.

Суммируя данные об эффектах СПТ, К. Роджерс [154] выделяет изменения, происходящие в трех сферах: в индивидах, в отношениях, в организациях. Что касается изменения индивидов, то они происходят, прежде всего, в представлении о самом себе. В свою очередь, это является предпосылкой большей реализации потенциальных возможностей человека - приводит к выработке нового стиля жизни - интеллектуального, философского, профессионального. Отмечается весьма индивидуализированный характер воздействия группы на участников: одних группа не затронула, у других эффект проявился позже, у третьих он оказался временным, положительным либо отрицательным и т. д.

Описывая изменения во взаимоотношениях, Роджерс ссылается на наблюдения людей, для которых опыт "группы" привел к удивительному изменению глубины контактов, например с супругами, детьми, у учительницы - с учениками. Правда, в заключение отмечает Роджерс, все это случается не с каждой семьей и не с каждой учительницей, принявшей участие в группе.

Относительно изменений в организации суждения автора более осторожны. Он ссылается на отдельные примеры, когда "межличностная коммуникация становилась ядром и сердцевиной деловых отношений". Однако, в то же время, подчеркивает факт сложного, неоднозначного воздействия опыта групп на жизнь организации, социального института.

Как указано ранее (см. п. 1.2.2.), на определенном этапе развития тренинговые группы представляли собой отдельное направление, представленное двумя школами: одна из них была связана с деятельностью К. Левина и использовала малые группы с целью повышения личной и групповой эффективности; вторая – связана с идеями К. Роджерса и использовала группы главным образом для эмоциональной стабилизации и личностного роста. В приведенных классификациях западные авторы чаще указывают ожидаемые эффекты, которые можно отнести к первому направлению, а российские авторы чаще указывают эффекты, относящиеся к направлению, связанному с идеями К. Роджерса.

В большинстве классификаций западных авторов (здесь мы используем также классификацию моделей тренинговых групп, приведенную Дж. Кори в п. 1.3) фигурируют такие эффекты как:

1 Формирования у участников способности увидеть их силу и власть с тем, чтобы изменить их и поощрить к принятию полной ответственности за выбранный ими жизненный стиль и любые изменения, которые они хотят произвести.

2 Формирование стремления к использованию в жизни наиболее сильных своих сторон.

3 Установление нацеленности на использование свободы выбора и формирование позитивного отношения к возможности принять на себя ответственность за эти выборы.

4 Становление более открытыми к новому опыту и к развитию уверенности в себе и своих собственных суждениях.

5 Приобретение новых социальных навыков.

6 Развитие способности принимать самостоятельные решения.

В классификациях российских авторов эффекты, связанные с принятием на себя ответственности, с принятием самостоятельных решений акцентируются гораздо в меньшей степени. На первый план выходят такие эффекты как:

1 Развитие рефлексии как самоанализа.

2 Расширение знаний о внутреннем мире других людей.

3 Развитие установки на социально-психологическую активность.

4 Осознание участниками того факта, что беспокоящие их проблемы не являются чем-то уникальным, что они присущи другим людям.

5 Адекватное восприятие себя, других, ситуаций общения.


2. Проблема изучения долговременных эффектов, сохранение эффектов СПТ

Многие авторы указывают проблему определения и изучения долговременного эффеков СПТ как одну из важных и интересных проблем в рамках развития группового движения. Но, к сожалению, в силу многочисленных трудностей исследования в данной области практически не велись.

"Данных о соотношении кратковременного и долговременного эффекта СПТ у нас немного", – пишут М.Мейгас, Г.Пихо и М.Сеэт [76, 27] – "…видно, что большинство исследователей ограничиваются измерением кратковременного эффекта. Фиксирование долговременного эффекта затруднено, потому что нужно сохранять контакт с тренируемым на длительное время после СПТ".

Рудестам [104] также указывает на недостаточность данных об отдаленных последствиях группового опыта. "Данные исследователей, подтверждающие получения опыта, довольно велики и в подавляющем большинстве положительные. Гибб (1971) и Роджерс (1970) цитируют исследования, в которых показано, что опыт участия в группе помогает исследовать чувства, повышает сензитивность в межличностных отношениях, повышает самооценку, увеличивает самопринятие. Проблема продолжительных поведенческих изменений, которые происходят после приобретения группового опыта, требует глубокого изучения. Однако сторонники группового движения утверждают, что даже временные изменения имеют значительную ценность, так как демонстрируют саму возможность изменений" [104, 112].

Харрисон (по [145]) критикуя СПТ, выражает мнение, что после окончания группового тренинга сохраняется мало позитивных изменений, и возникают они только тогда, когда члены группы общаются между собой. Отсюда вытекает важная проблема – переносится ли опыт тренинга на повседневную жизнь или эффект проявляется только в лабораторных условиях? Выявлена такая закономерность: активное участие в процессе тренинга и наибольшее изменение своего поведения в это время дает возможность наиболее длительное время извлекать пользу из полученного опыта. То есть сохранение усвоенных навыков зависит от самого тренируемого, его активности и готовности изменять свое поведение.

С другой стороны, уже при построении программы тренинга нужно учитывать особенности той среды, в какую тренируемый попадает после тренинга.

Исследование Аргириса показывает, что положительные изменения сохранялись 6 месяцев, а на протяжении 10 месяцев после окончания тренинга остаются лишь слабые следы полученных навыков [144].

Шутц и Аллен стоят на противоположной точке зрения – позитивные изменения растут и закрепляются со временем. Через 2-4 месяца после тренинга эффект может оказаться более значительным, чем непосредственно после СПТ [145].

"Ясно одно: при установлении долговременного эффекта СПТ целесообразно перейти от оценки среднегруппового эффекта к оценке индивидуального эффекта у каждого тренируемого. Это позволит выявить те внешние условия и личностные свойства тренируемого, от которых зависит сохранение и увеличение психологического эффекта после СПТ" [152, 13].


3. Применимость результатов социально-психологического тренинга вне тренингового простанства

Поскольку тренинг ставит перед собой задачу воздействия на его участников, естественно, встает вопрос о том, как в дальнейшем скажется (и скажется ли) на участниках опыт СПТ. Практика применения СПТ в различных областях имеет тенденцию к расширению и росту. С учетом отставания теоретической базы СПТ от практики, проблема применимости результатов СПТ в обыденной жизни участников тренинговых групп является, на наш взгляд, социально значимой для современного российского общества.

В силу широкого и быстрого распространения тренинга остро встал целый комплекс этических проблем, чрезвычайно важных и актуальных для данной формы группового движения. Достаточно полно он представлен, например, работе М. Лакина [152], который в блоке этических проблем выделяет проблемы, связанные:

а) с самим процессом тренинга,

б) с организацией группы,

в) с посттренинговым периодом.

Проблемы, связанные с влиянием факторов, проявляющихся в посттренинговом периоде мы рассмотрим несколько позже, когда будем говорить о проблеме применения западных моделей СПТ в России.

А к комплексу этических проблем, связанных с применимостью результатов СПТ добавим проблему индивидуальных особенностей участников тренинга.

Проблема переноса знаний и умении из лаборатории в реальную жизнь, как отмечает А. Уинн, это кардинальная проблема любого прикладного тренинга [52]. По мнению К. Аргириса, именно факт переноса является критерием успешного обретения "межличностной компетентности" [144]. Проблема переноса в той или иной степени затрагивается многими исследователями [29; 87; 88; 127]. В наиболее острой форме этот вопрос дискутируется в области менеджмента. Если в такой, например, области приложения тренинга, как подготовка психотерапевтов, можно говорить о безусловной пользе межличностной компетентности (человек будет успешнее справляться с задачами психотерапевта, если он лучше понимает, как его воспринимают другие люди), то для менеджеров, видимо, это утверждение требует, по крайней мере, существенных оговорок, так как в этом случае необходимо учитывать целый комплекс проблем, вытекающих из специфики деятельности человека в организации. "Проблема заключается в том, что ценности, установки, мотивация, стиль лидерства, приобретенные в результате тренинга, могут существенно расходиться с нормативными представлениями, существующими на этот счет в организации. Даже если это расхождение, не принципиального характера, они все равно могут сохраняться хотя бы потому, что ожидания и требования в организации по отношению к той или иной роли остались прежними, в то время как носитель этой роли изменил их" [52, 144].

Данные о результатах тренинга достаточно противоречивы. Обращает на себя внимание обширный перечень ожидаемых результатов — изменения перцептивные, мотивационные, ценностные, установочные, поведенческие. По справедливому замечанию Дж. Кемпбелла и М. Дюннетт, "организовать все это в единую согласованную систему, определяющую отношения между элементами тренинга и исходами в обучении, действительно трудно" [145].

Следует отметить далеко не однозначное отношение зарубежных психологов к опыту групп СПТ. В качестве примера оппозиции можно сослаться на мнение З.Коха, подвергающего резкой критике "методы гуманистической психологии, как они реализуются в группах тренинга сензитивности (тотальное самораскрытие, естественность, непосредственность и др.)" [52, 144]. Такое поведение, на наш взгляд, обоснованно в ситуации тренинговой группы, где созданы соответствующие условия для самораскрытия и эмоциональной раскрепощенности. Эти состояния помогают участникам группы получить максимальный опыт от переживаемых чувств и их анализа. Но в реальной жизни условия совсем другие и поведение, естественное и поощряемое в группе может быть не принято социальным окружением индивида.

В целом, однако, преобладает позиция, представленная, например, Э.Аронсоном: "По моему мнению, группы тренинга — не панацея и не угроза, как их часто понимают. При правильном использовании они могут быть очень полезны как средство расширения самосознания человека и обогащения человеческих отношений. Когда ими злоупотребляют, они могут быть тратой времени или, в крайнем случае, могут даже дать людям очень, болезненный опыт, эффекты которого сохранятся надолго после окончания группы" [144, 8].




3.1 Этические проблемы, возникающие в процессе тренинга

Первая группа проблем связана с групповыми целями.

Чаще всего цели группы не сформулированы для участников четко. Принятие их членами группы создает основу для обучающей активности. Определенная направленность действий позволяет участникам понять смысл и осознать значение групповых действий, удовлетворяет индивидуальные потребности. Поэтому особенно важен вопрос совпадения индивидуальных и групповых целей. Здесь имеют значение два аспекта: 1) совпадение целей, тренера и целей участников; 2) совпадение индивидуальных целей участников одной группы. Достижение успеха по обоим аспектам во многом зависит от искусства и ответственности тренера.

Достижение отдаленных целей облегчается в результате сознательного выбора тренером промежуточных, этапных (преимущественно инструментальных) целей, относящихся к групповым явлениям и структуре группы, описания желаемой активности при работе над заданиями и их содержанием.

Для достижения соответствия целей тренера и целей участников, а также индивидуальных целей каждого участника группы, необходимо осознавать на какие изменения могут быть нацелены участники и какие изменения могут произойти в результате конкретного СПТ. В классификационной модели (см. п. 1.3) показано, что изменения, на которые направлен СПТ, могут происходить в личностном и межличностном функционировании. Причем это может касаться изменения функционирования в познавательной, аффективной или поведенческой сфере.

В внутриличностной сфере могут быть достигнуты изменения познавательного характера - в определенной (ценностной) установке, аффективного характера - принятие самого себя, и поведенческого характера - усвоение действий, приносящих удовлетворение.

В межличностной сфере целью может стать на познавательном уровне изменение социальной перцепции, на аффективном - достижение чувства удовлетворения в отношениях с людьми, на поведенческом уровне - приобретение социальных навыков.

Реализация этих целей происходит в рамках общей групповой активности. В процессе восприятия, размышлений и переживаний участники проявляют внутриличностную активность. Устанавливая интеракции с членами группы, участники проявляют межличностную активность. Участвуя в решении задач и проблем, они проявляют заданную активность. Когда участники стремятся удовлетворить свои индивидуальные потребности, лежащие в социально-эмоциональной сфере, большинство из них руководствуется желанием уменьшить свои страдания, улучшить самочувствие, избавиться от трудностей в отношениях с окружающими и в социальном функционировании [24].

Осознание и согласование этих и многих других, специфических для отдельных участников целей может способствовать появлению чувства принадлежности к коллективу, где у всех участников сходные барьеры, трудности и проблемы. Подобная ситуация чаще всего благотворно воздействует на групповой процесс в результате появления взаимопонимания, положительных эмоций, поддержки, солидарности и взаимодействия. Они возникают в группе как результат научения и становятся условием, облегчающим дальнейшее протекание терапевтического процесса в форме активного обучения или переучивания.

Вторая группа проблем связана с ролью тренера.

Позиция тренера в группе, считает М. Лакин, гораздо менее определенная, чем, скажем, позиция психотерапевта. "Участники не могут заранее знать ни целей, преследуемых тренером, ни тех последствий, которые для них будет иметь СПТ" [104, 23]. Формирование тренинговой группы, выбор тактики ведения группы и конкретных упражнений в значительной мере находится во власти тренера. Отсюда вытекает необходимость четкого осознания целей и задач процесса, прежде всего самим тренером. В таблице 2.1. приведена сформулированная Дж. Кори краткая характеристика работы ведущего в различных моделях тренинговых групп [146].

Таблица 2.1. "Роль и функции ведущего СПТ"

Модель Роль и функции ведущего
1.Психоаналитические группы Ведущий облегчает групповое взаимодействие, помогая в создании приемлемого и толерантного климата. Ведущий относительно анонимен и придерживается объективной позиции с тем, чтобы члены группы развили свое отношение к нему или к ней. Помогает членам группы закончить какие-то неоконченные дела из прошлого. Определяет границы взаимодействия для группы.
2.Адлериановские группы Ведущий использует процедуры конфронтации, самораскрытия, интерпретации, анализ превалирующих паттернов с тем, чтобы показать представления и цели. Наблюдает социальный контекст поведения. Моделирует заботливое отношение. Помогает членам принять и утилизировать их положительные стороны.
3.Группы психодрамы Ведущий функционирует здесь как фасилитатор и как директор. Его работа сводится к разогреву и помощи группе создать психодраму, управлению проигрыванием и затем процессом анализа с участниками. Частными задачами ведущего являются наблюдение, облегчение, направление, руководство драмой и подведение итогов.
4.Экзистенциальные группы У ведущего здесь центральная роль. Она состоит в том, что он присутствует, и члены группы могут к нему обратиться, и ведущий воспринимает их субъективное бытие в мире. Ведущий здесь функционирует создавая взаимоотношения человека с человеком, самораскрывая себя, конфронтируя с членами группы с заботливой внимательностью.
5.Группы, центрированные на человеке Руководитель группы облегчает работу группы, а не направляет её. Он имеет дело с барьерами в коммуникации, устанавливает в группе климат доверия и помогает группе эффективно функционировать. Центральной ролью ведущего является быть реальным во время занятий, и демонстрировать заботу, уважение и понимание. Его главная роль состоит в создании климата толерантности.
6.Гештальт-группы Ведущий предлагает техники, предназначенные для того, чтобы интенсифицировать опыт участников и быть готовыми воспринять сигналы тела. Помогает клиентам идентифицировать и проработать до конца незаконченное дело из прошлого, которое мешает в жизни сейчас. Сосредоточивает свое внимание на актах поведения членов группы и их чувствах.
7.Группы транзактного анализа /ТА/ Ведущий здесь выступает в дидактической роли. Он обучает клиентов тому, как узнавать игры, в которые они играют с тем, чтобы избежать интимности. Как узнать состояние ЭГО, в котором они сейчас находятся в определенной транзакции, и самопораженческие аспекты ранних решений и воспринятых планов жизни.
8.Группы терапии поведения Ведущий здесь функционирует как эксперт по модификации поведения. Таким образом, он должен быть активным и направляющим и часто он выступает как учитель или тренер. Он передает информацию и учит умениям и методам самомодификации поведения так, чтобы члены группы могли тренировать эффективные умения вне группы.
9.Группы рационально-эмотивной терапии Ведущий выступает в дидактической роли: объясняет, обучает, переобучает. Помогает членам видеть и четко конфронтировать с их нелогичным мышлением и идентифицировать связи между самопораженческим поведением и иррациональными представлениями. Ведущий обучает членов группы, как изменить их паттерны мышления и поведения.
10.Группы терапии реальностью Ведущий поощряет членов группы смотреть в лицо реальности и делать такие выборы, которые позволят им обеспечить свои потребности социально приемлемым способом. Ведущий помогает членам группы тем, что устанавливает персональные взаимоотношения с ними, ожидая, что они сформулируют и проведут в жизнь план изменения, и отвергая извинения за безответственное поведение.

Роль тренера-ведущего по разному понимается в разных моделях тренинговых групп, но везде на тренера возлагается очень важные функции:

1 устанавливает благоприятный климат,

2 делится опытом, переучивает,

3 выступает как эксперт по изменению поведения и установок,

4 поощряет и управляет конфронтациями и аффективными проявлениями, и пр.

Успешное выполнение этих функций предполагает не только высокий уровень профессионализма тренера, но и долю ответственности ивысоких моральных качеств.

Лакин [152] и другие авторы справедливо поднимает весьма тонкий вопрос о том, что ведение группы может отвечать определенным личностным потребностям тренера, в частности, и таким, удовлетворение которых в иных ситуациях почему-либо невозможно. В случае тренинга это может быть желание "раскрыть" участников, вызвать восхищение собой, потребность в лидерстве и многое другое.

Важно, чтобы тренинг не превратился в инструмент, средство удовлетворения этих потребностей "ценой" участников группы. Этот и многие другие вопросы упираются и весьма острую проблему квалифицированной подготовки тренеров.

В связи с этим Лакин [152] замечает, что быстрое распространение тренинга таит в себе много опасностей. Не говоря уж о том, что появляется много просто профессионально неподготовленных тренеров, не осознающих к тому же своей профессиональной ограниченности.

Эта проблема, на наш взгляд, особенно актуальна для сегодняшней России. Даже среди тех, кто прошел специальную подготовку, встречаются такие, кто "манипулирует групповым поведением, чтобы подтвердить собственную интерпретацию своего прошлого опыта". Этому трудно препятствовать при отсутствии четко сформулированных стандартов тренинга, подготовки тренеров и публикации кодекса этики тренинга.

"В лабораторных условиях ответственность за коммуникативные события несет руководитель учебной группы, а не сам обучаемый. Между тем, только персональная ответственность поднимает коммуникативное действие до уровня поступка. Здесь заключен основной недостаток лабораторного обучения: оно тренирует действиям, но не может научить поступкам. Некоторые руководители лабораторных групп пытаются преодолеть указанную трудность путем создания атмосферы ответственности, свойственной замкнутым группам с высокой моралью и взаимодоверием. При этом руководитель принимает на себя своеобразную "апостольскую" функцию нравственного образца, учителя жизни с непререкаемым моральным авторитетом. Группа тогда превращается в социально утепленную нишу, привлекательную для психически нестабильных лиц, нашедших экзотическую форму духовной жизни и фанатически ее исповедующих" [29, 51].

"Руководители в значительной степени определяют, насколько полезным окажется групповой опыт. Было замечено, что талантливый руководитель оказывается очень влиятельным в стрессовых ситуациях, и члены группы, его горячие приверженцы, часто наделяют такого руководителя "магическими" качествами. Такие руководители могут оказать огромное влияние на мышление участников в эмоционально насыщенной атмосфере группы" [104, 24].

В России мы часто встречаем таких приверженцев, которые стремятся посещать все тренинговые сессии, которые ведет определенный тренер, стремятся приблизится к нему, стать его помощником. Этим пользуются некоторые организации, играя на зависимости людей для достижения коммерческих целей.

Решить эту проблему невозможно без существенных изменений в области теории и практики тренинга. Необходимые меры затрагивают и область развития теоретической и методической базы СПТ, и формирования информационного поля, и подготовки профессиональных тренеров, и внедрения законов, регламентирующих деятельность тренеров и консультантов, и формирования сплоченного сообщества специалистов в области тренинга в России, пользующегося государственной поддержкой.

Одной из конкретных первоочередных мер на пути разрешения существующих проблем может стать более четкий акцент не столько на терапевтических моментах и эмоциональной разрядке, сколько именно на опыте формирования новых качеств и навыков, применимых в социуме вне тренинга. Такой подход позволит участникам получать положительное подкрепление новых образцов поведения вне тренинга и развиваться дальше самостоятельно, не прибегая к постоянной помощи тренера и группы.

Третья группа проблем связана с методами тренинга.

Ряд методов, применяемых ранее, дискредитировали себя. К таким методам можно отнести:

1 метод приказов и запретов,

2 увещевание,

3 внушение с помощью убеждения и разубеждения,

Методом, возникшим чуть позже и заслуживающим внимания, как сохранивший некоторое применение по сей день является метод "интеллектуализированной интерпретации". В целом, этот подход является результатом более глубоко понимания человеческого поведения. По мере того, как консультанты учились более адекватно понимать факторы, лежащие в основе поведения человека, совершенствовалась диагностика индивидуальных ситуаций. Вследствие этого возникла ошибка, заключающаяся в том, что помощь – это просто оборотная сторона диагностики и что все, в чем нуждается индивид, - это в объяснении причин его поведения. Существовала наивная вера в то, что подобная интеллектуальная интерпретация проблемы будет весьма эффективной в плане изменения установок или чувств клиента. Примером такого подхода служат некоторые работы психоаналитической традиции. Считалось, что если человек поймет, в чем причина его недомогания, то от самого факта осознания истоков, наступит облегчение и беспокоящие симптомы исчезнут.

Многие современные методы основаны на методе "катарсиса". Этот метод применялся и в церкви (в форме исповеди), и в психотерапии. Вся техника игровой терапии основана на фундаментальных принципах катарсиса. Метод катарсиса не был дискредитирован, он развивался, а применение его расширялось.

Современный западный метод отличается от предшествующих тем, что преследует совершенно другую цель. "Он прямо направлен на большую независимость и целостность личности без расчета на то, что если консультант будет помогать в решении проблемы, то будут достигнуты и результаты. Человек, а не проблема ставится во главу угла. Цель - не решить отдельную проблему, а помочь индивиду вырасти таким образом, чтобы он сам мог справляться с существующей, а также с последующими проблемами, будучи уже интегрированной личностью" [100, 41].

Также современный западный метод уделяет больше внимание эмоциональным факторам, чувственным аспектам ситуации, нежели интеллектуальным ее аспектам. Большинство проблем приспособления не связаны с ошибкам знания. Знания не являются действенным фактором, поскольку они блокируются эмоциональным неудовлетворением.

Еще одна особенность современного западного подхода заключается в том, что значительно большее внимание уделяется настоящему, а не прошлому индивида.

Этическая проблема, связанная с применимостью результатов СПТ в России связана с тем, что фактически отсутствует "современный российский метод" СПТ. Как уже было сказано, российские практики в большей степени склонны заимствовать западные методы, чем разрабатывать собственные. Это приводит к тому, что многие тренеры облегчая свою задачу стремятся по возможности больше контролировать и направлять участников тренинга к неким прогнозируемым результатам и четко отслеживать процесс межличностного общения и даже личностного развития участников группы, требуя обязательного отчета о своих чувствах и впечатлениях.

Примером может служить ситуация, которую наблюдал автор в ходе тренинга, посвященного повышению профессионального уровня тренеров. Обсуждая вопросы, связанные с методами проведения обучающей беседы (которая призвана помочь участникам тренинга извлечь опыт из игр и упражнений в ходе анализа чувств и действий группы), группа тренеров продемонстрировала в какой степени западные методы включены в работу российских специалистов.



ВНИМАНИЕ!
Текст просматриваемого вами реферата (доклада, курсовой) урезан на треть (33%)!

Чтобы просматривать этот и другие рефераты полностью, авторизуйтесь  на сайте:

Ваш id: Пароль:

РЕГИСТРАЦИЯ НА САЙТЕ
Простая ссылка на эту работу:
Ссылка для размещения на форуме:
HTML-гиперссылка:



Добавлено: 2018.05.22
Просмотров: 63

При использовании материалов сайта, активная ссылка на AREA7.RU обязательная!