Главная / Рефераты / Рефераты по культурологии

Реферат: Игровая концепция культуры


Оглавление
1.Введение…3

2.Определение игрового элемента культуры…4

3.Игра и состязание как функция формирования культуры…...7

4. Заключение…13

5. Список литературы14
Введение.
Хейзинга Йохан (1827-1945)-нидерландский историк , философ , теоретик культуры . Автор игровой концеппции культуры: игра-источник культуры,
«культура первоначально разыгрывается». Игровые инстинкты присущи человеческой природе. С ними связано восхождение к более высоким формам культуры. В игре рождаются великие движущие силы культурной жизни: право и порядок , общение, предпринимательство, ремесло и искусство, наука и.т.д.
Игра- необходимый способ социальной жизни, то, что поддерживает идеал и определяет духовную жизнь эпохи. Но играть необходимо по правилам.
Игра старше культуры , ибо понятие культуры , как бы совершенно ни определяли его, в любом случае предполагает человеческое сообщество , а животные вовсе не ждали появления человека, чтобы он научил их играть.
Животные играют точно так же как люди. Все основные черты игры уже присутствуют в игре животных.
В своем реферате я хотел бы раскрыть наиболее важные , на мой взгляд, аспекты работы Й.Хейзинги «Homo Ludens»: (
-игру как функцию формирования культуры
-опыт определения игрового элемента культуры .
Определение игрового элемента культуры .
Когда мы , люди , оказались не столь разумными , как наивно внушал нам светлый 18 век в своем почитании разума , для именования нашего вида рядом с Homo sapiens поставили еще Homo faber , человек созидатель . Второй термин был менее удачен , нежели первый , ибо faberi , созидатели , суть и некоторые животные . Все же по мнению Й.Хейзинги , человек играющий , выражает такую же существенную функцию , как человек созидающий , и должен занять свое место с Homo faber .
Если проанализировать любую человеческую деятельность до самых пределов нашего познания , она окажется не более чем игрой . Человеческая культура возникает и развертывается в игре , как игра .
Игра - содержательная функция со многими гранями смысла . В игре подыгрывает , участвует нечто такое , что превосходит непосредственное стремление к поддержанию жизни и вкладывает данное действие определенный смысл . Всякая игра что -то значит . Если этот активный принцип сообщающий игре свою сущность , назвать духом , это будет преувеличением ; назвать же инстинктом – значит ничего не сказать . Как бы к нему не относиться , во всяком случае этим смыслом игры ясно обнаруживает себя некий имматериальный элемент в самой сущности игры .
В игре мы имеем дело с безусловно узнаваемой для каждого , абсолютно первичной жизненной категорией , некой тотальностью . Мы должны попытаться понять и оценить игру только в ее целостности .
Реальность , именуемая игрой , доступная восприятию любого и каждого , простирается в одно и то же время на мир животный и мир человеческий .
Поэтому она не может опираться на какой – либо рациональный фундамент , поскольку разумные основания ограничивали бы ее пределы только миром человеческим . Существование игры не привязано ни к определенной степени культуры , ни к определенной форме мировоззрения . Любое мыслящее существо может немедленно представить эту реальность – игру , играние- как самостоятельное , самодовлеющее нечто , если даже его собственный язык не располагает общим словесным выражением этого понятия . Игру нельзя отрицать
. Можно отрицать почти все абстрактные понятия : право , красоту , истину , добро , дух , Бога . Можно отрицать серьезность . Игру – нельзя .
Но хочется того или нет , признавая игру , признают и дух . Ибо игра , какова бы ни была ее сущность , не есть нечто материальное . Уже в мире животных ломает она границы физического существования . С точки зрения детерминированно мыслимого мира , мира сплошного взаимодействия сил , игра есть в самом полном смысле слова « superabundans» - излишество . Только с вмешательством духа , снимающего эту всеобщую детерминированность , наличие игры делается возможным , мыслимым , постижимым .Бытие игры всякий час подтверждает , причем в самом высшем смысле , супралогический характер нашего положения во вселенной . Животные могут играть , значит они уже нечто большее , чем просто механизмы . Мы играем , и мы знаем , что мы играем , значит , мы более чем просто разумные существа , ибо игра есть занятие внеразумное .
Кто обратит свой взгляд на функцию игры в культуре он находит игру в культуре как заданную величину , существовавшую величину , существовавшую прежде самой культуры , сопровождающую и пронизывающую ее самого начала вплоть до той фазы культуры , в которой живет сам . Он всюду замечает присутствие игры как определенного качества деятельности , отличного от обыденной жизни .
Важнейшие виды первоначальной деятельности человеческого общества все уже переплетаются с игрой . Возьмем язык , самый первый и самый высший инструмент , созданный человеком для того , чтобы сообщать , учить , повелевать . Язык , с помощью которого он различает , определяет , констатирует , короче говоря , называет , то есть возвышает вещи до сферы духа . Дух , формирующий язык , всякий раз перепрыгивает играючи с уровня материального на уровень мысли . За каждым выражением абстрактного понятия прячется образ , метафора , а в каждой метафоре скрыта игра слов . Так человечество все снова и снова творит свое выражение бытия , рядом с миром природы – свой второй , вымышленный мир . И возьмем миф ,что так же является претворением бытия , но только более разработанным , чем отдельное слово . С помощью мифа на ранней стадии пытаются объяснить все земное , найти первопричины человеческих деяний в божественном . В каждой из этих причудливых оболочек , в которые миф облекал все сущее , изобретательный дух играет на рубеже шутки и серьезности . Наконец , возьмем культ . Ранее общество отправляет свои священнодействия , которые служат ручательством благоденствия мира , освящения , жертвоприношения , мистерии , в игре , понимаемой в самом смысле этого слова .
Игра и состязание как функция формирования культуры.
Под игровым элементом культуры здесь не подразумевается, что игры занимают важное место среди различных форм жизнедеятельности культуры. Не имеется в виду и того , что культура происходит из игры в результате процесса эволюции – в том смысле , что то, что первоначально было игрой , в последствии переходит в нечто , игрой уже не являющееся , и что теперь может быть названо культурой. Ниже будет развернуто следующее положение : культура возникает в форме игры , культура первоначально разыгрывается. И те виды деятельности, что прямо направлены на удовлетворение жизненных потребностей , как, например, охота, в архаическом обществе предпочитают находить себе игровую форму . Человеческое общежитие поднимается до супрабиологических форм , придающих ему высшую ценность, посредством игр. В этих играх общество выражает свое понимание жизни и мира . Стало быть , не следует понимать дело таким образом , что игра мало-помалу перерастает или вдруг преобразуется в культуру, но скорее так, что культуре в ее начальных фазах свойственно нечто игровое, что представляется в формах и атмосфере игры. В этом двуединстве культуры и игры игра является первичным, объективно воспринимаемым, конкретно определенным фактом , в то время как культура есть всего лишь характеристика , которою наше историческое суждение привязывает к данному случаю. Это воззрение перекликается с мыслями Форбениуса , который говорит в своей книге «История культуры
Африки» о становлении культуры как выросшей из естественного бытия игры.
Тем не менее , отношение культуры к игре воспринято Форбениусом чересчур мистически и описано нередко слишком зыбко . Он манкирует необходимостью прямо указать пальцем на присутствие игрового элемента в фактах культуры .
В поступательном движении культуры гипотетическое отношение игры и не- игры не остается неизменным . Игровой элемент в целом отступает по мере развития культуры на задний план. По большей части и в значительной мере он растворился , ассимилировался в сакральной сфере , кристаллизировался в учености и поэзии, в правописании, в формах политической жизни. При этом игровое качество в явлениях культуры уходило обычно из виду. Однако во все времена и всюду, в том числе и в формах высоко развитой культуры, игровой инстинкт может проявится в полную силу, вовлекая как отдельную личность , так и массы в опьяняющий вихрь исполинской игры.
Представляется очевидным , что взаимосвязь культуры и игры следует искать в высоких формах социальной игры, то есть там, где она бытует как упорядоченная деятельность группы, либо сообщества , либо двух , противостоящих друг другу групп. С точки зрения культуры сольная игра для самого себя плодотворна лишь в малой степени. Ранее было сказано что все основополагающие факторы игры, в том числе игры коллективной , уже существовали в жизни животных. Это поединок , демонстрация , вызов , похвальба , кичливость , притворство , ограничительные правила. В двойне удивительно при этом, что именно птицы , филогенетически столь далеко отстоящие от человеческого рода , имеют так много общего с человеком : тетерева исполняют танцы, вороны состязаются в полете , шалашники и другие птицы украшают свои гнезда, певчие птицы сочиняют мелодии. Состязание и представление, таким образом , не происходят из культуры как развлечение, а предшествуют культуре.
Коллективная игра носит по преимуществу антитетический характер . Она чаще всего разыгрывается между двумя сторонами . Однако это не обязательно
. Танец , шествие ,представление могут быть начисто лишены антитетического характера . Антитетическое вовсе не должно означать состязательное , агональное или агонистическое. Антифонное пение , два полухория , менуэт , партии или голоса музыкального представления , столь интересные для этнологов игры , когда противоборствующие силы стараются отнять друг у друга некий трофей , суть образчики антитетической игры, которая вовсе не обязана быть полностью агональной , хотя соревновательный элемент в ней зачастую присутствует . Нередки случаи , когда вид деятельности , означающий уже сам по себе замкнутую игру , например исполнение драматической или музыкальной пьесы , в свою очередь , снова может стать предметом состязания , если его подготовка к исполнению оценивается в рамках какого-нибудь конкурса , как это было с греческой драмой .
Среди общих признаков игры отмечалось выше напряжение и непредсказуемость . Всегда стоит вопрос : повезет ли , удастся ли выиграть
? Даже в одиночной игре на ловкость , отгадывание или удачу ( пасьянс , головоломка или кроссворд) соблюдается это условие. В антитетической игре агонального типа этот элемент напряжения , удачи , неуверенности достигает крайней степени . Стремление выиграть приобретает такую страстность , который грозит полностью свести на нет легкий и беспечный характер игры .
Однако здесь выявляется еще одно важное различие . В чистой игре наудачу напряжение играющих передается к зрителям лишь в малой степени . Азартные игры сами по себе суть примечательные культурные объекты , однако с точки зрения культуросозидания их надо признать не продуктивными . В них нет прока для духа или для жизни . Иначе обстоит дело , когда игра требует сноровки , знания , смелости или силы . По мере того как игра становится труднее , напряжение зрителей возрастает . Уже шахматы захватывают окружающих , хотя это занятие остается бесплодным в отношении культуры и , кроме того , не содержит в себе признаков красоты . Когда игра порождает красоту, то ценность игры для культуры тот час же становится очевидной .
Однако безусловно необходимой для становления культуры подобная эстетическая ценность не является . С равным успехом в ранг культуры игру могут физические , интеллектуальные , моральные или духовные ценности . Чем более игра способна повышать интенсивность жизни индивидуума или группы , тем полнее она растворяется в культуре . Священный ритуал и праздничное состязание - вот две постоянно и повсюду возобновляющиеся формы , внутри которых культура вырастает как игра в игре .
Здесь сразу встает еще раз вопрос : правомерно ли всякое состязание безоговорочно включать в понятие игры ? Мы видели , что греки отнюдь без колебаний относили агон к «paidia» . Впрочем , это легко объяснялось непосредственно самой этимологией обоих слов . Во всяком случае слово
«paidia» выражало детское в игре столь непосредственно и ясно , что могло быть применено к серьезным игровым состязанием только в производном значении . Напротив термин агон определял состязание с другой стороны с другой стороны : исходным значением слова агон была по-видимому , «встреча»
- агора . Тот факт что у эллинов большинство состязаний , по всей вероятности , происходило в атмосфере полной серьезности , отнюдь не может служить достаточным основанием для отделения агона от игры . Серьезность с которой происходит состязание , ни в коем случае не означает отрицания его характера . Ибо она обнаруживает все формальные и почти что все функциональные признаки игры. Серьезность с которой происходит состязание , ни в коем случае не отрицает его характера . Ибо о...

ВНИМАНИЕ!
Текст просматриваемого вами реферата (доклада, курсовой) урезан на треть (33%)!

Чтобы просматривать этот и другие рефераты полностью, авторизуйтесь  на сайте:

Ваш id: Пароль:

РЕГИСТРАЦИЯ НА САЙТЕ
Простая ссылка на эту работу:
Ссылка для размещения на форуме:
HTML-гиперссылка:



Добавлено: 2011.08.07
Просмотров: 2238

При использовании материалов сайта, активная ссылка на AREA7.RU обязательная!