Главная / Рефераты / Рефераты по географии

Реферат: Академик Г.Ф. Морозов и его вклад в исследования природы Крыма


Реферат

На тему: «Академик Г.Ф. Морозов и его вклад в исследования природы Крыма»


План

Введение

Глава 1. Основные этапы жизни и научная деятельность Г. Ф. Морозова

Глава 2. Работа Г. Ф. Морозова «Учение о лесе»

Заключение

Список литературы


Введение

МОРОЗОВ Георгий Федорович (1867-1920) - российский лесовед, ботаник и географ. Родился 9 мая 1920 года. В 1893 году окончил Петербургский лесной институт. Работал там же профессором с 1918 по 1920 год. С 1904 по 1918 год работал редактором «Лесного журнала».

Г. Ф. Морозов создал современное учение о лесе как биогеоценотическом, географическом и историческом явлении, показал сложную взаимосвязь живых и костных компонентов леса, образующих единый природный комплекс, основал отечественную школу лесоведения. Разработал учение о типах лесных насаждений, развил представления о сменах лесных пород и их сообществ, обосновал теорию рубок и лесовозобновления. Труды Морозова оказали большое влияние на развитие биогеоценологии и лесоведения.

В идеологическом отношении Г. Ф. Морозов являлся одним из самых ярких представителей так называемой фито-социологии, учения о растительных сообществах.

Но острый ланцет метода диалектического материализма вскрывает в самих установках указанной научной отрасли много антропоморфного, виталистического. Самые термины «фитосоциология», «сообщества» неприемлемы. Ибо таково психическое давление слов — они даже, казалось бы, закоренелых материалистов, но не подкованных хорошо в философском отношении, могут невольно склонять в сторону витализма.


Глава 1. Основные этапы жизни и научная деятельность Г. Ф. Морозова

10 мая 1920 г. академик В. И. Вернадский записал в дневнике по поводу кончины профессора Г.Ф. Морозова, своего коллеги по Таврическому университету:

Ужасно его жаль. Дня три назад был у него с сыном; он горячо и нежно выражал к нам свои чувства... Это крупный человек, внесший сбоё. Настоящий натуралист с творческим умом... в последнем разговоре он говорил… о своих планах, о неоконченной, не напечатанной работе — лекциях лесоводства.

Эта работа Георгия Федоровича Морозова — «Основания учения о лесе» — все же увидела свет в Симферополе в том же 1920 году. С тех пор прошло более восьмидесяти пяти лет. Первое издание стало библиографической редкостью — его нет даже в библиотеке Таврического национального университета. Однако востребованность книги оказалась столь велика, что она переиздавалась множество раз на родине автора и была переведена на десяток языков. Она стала учебником для нескольких поколений студентов. К «Учению о лесе» вновь и вновь возвращаются многие ученые — биологи, лесоведы и географы — и практики-лесоводы. В этом труде обессмертившем имя автора, Г. Ф. Морозов впервые в мире разработал цельную концепцию, всесторонне раскрывающую сущность сложнейшей природной системы и важнейшего хозяйственного ресурса — леса.

Подзаголовок «Оснований учения о лесе» гласит: «Лекции, читанные в Таврическом университете». Действительно, создание вузовского курса тесно связано с Крымом. Здесь профессор Г.Ф. Морозов — выдающийся отечественный лесовед, ботаник и географ — работал в Таврическом университете в 1918—1920 гг., где заведовал кафедрой. Здесь Г.Ф. Морозов читал лекции, изучал ресурсы горного Крыма, участвовал в мероприятиях по развитию Крымского заповедника.

Прежде, чем создать широко известное теперь «Учение о лесе», Г. Ф. Морозов, оставив военную службу и окончив Лесной институт в Петербурге, много лет работал в лесничествах Воронежской губернии. Серьезная практическая деятельность позволила накопить ценный материал для научных обобщений. В самом конце XIХ в. молодой лесовод получил возможность изучить опыт лесничества Германии и Швейцарии. Однако он не стал по возвращении на родину «Петром Первым в лесоводстве». Будучи творчески мыслящим человеком, ученый вынес из командировки твердое убеждение о том, что «пора всероссийских рецептов миновала точно так же, как прошла пора... простого переноса западноевропейских, преимущественно немецких, образцов хозяйства на русские леса».

В 1901 г. Г. Ф. избирается профессором и до 1917 года трудится на кафедре Лесного института, публикует свои наблюдении и выводы, редактирует всемирно известный «Лесной журнал». Им по-новому для того времени были поставлены и решены задачи лесоводства, ибо было необходимо «преобразовать действительность лесную, конечно так, чтобы она наиболее полно и наиболее выгодно с народно-хозяйственной точки зрения удовлетворяла бы целям и потребностям человеческого общежития...».

Активная многолетняя деятельность Г.Ф. Морозова получила высокую оценку научной общественности: Географическое общество наградило его Золотой медалью, а на Всемирной выставке в Париже за заслуги в области лесоводства он был удостоен именной медали.

Самоотверженный труд и неизменные материальные лишения серьезно подорвали здоровье ученого. В 1917 году, после тяжелой болезни Г.Ф. Морозова перевозят в Ялту. Но как только здоровье несколько улучшилось, он переезжает в Симферополь и возглавляет впервые созданную в стране кафедру лесоведения и лесоводства Таврического университета, открытого в 1918 г.

Ученый разрабатывает программу курса лесоводства, с большим рвением читает лекции, создает небольшой, но насыщенный кафедральный музей, выступает с докладами, пишет научные статьи. Особенно любил он общаться со студентами.

В трудных условиях того времени он активно участвовал в научно-общественной деятельности. Выступал с докладом по лесному опытному делу, с публичными лекциями, в 1919 году входил в комиссию по развитию Крымского заповедника, рассматривая его в качестве естественной лаборатории, где могли быть апробированы его лесоводческие идеи.

Любопытная деталь: в Симферополе Георгий Федорович не только преподавал, но и продолжал совершенствовать свои знания. Ему показались недостаточными собственные знания по географии растений, и он, профессор, прослушал курс лекций по этой дисциплине, читавшийся в Таврическом университете другим профессором — Н. И. Кузнецовым. Более того, вместе со студентами ему пришлось выполнить цикл практических занятий. В этом поразительном факте — весь Морозов: неутомимый ученый-труженик, никогда не успокаивающийся на достигнутом.

Обобщив достижения предшественников, собственные многолетние научные данные, а также отточенные на лекциях формулировки и комментарии, Г.Ф. Морозов подготовил в 1920 г. к публикации главный труд своей жизни, который, как оказалось, стал его «лебединой песней» — «Основания учения о лесе». В главах книги детально проанализирован широчайший диапазон вопросов, связанных с древесными насаждениями: морфология и анатомия деревьев, закономерности их роста и развития, взаимодействие деревьев между собой в лесу, влияние леса на окружающую среду и воздействие факторов этой среды на лес, биологические особенности и динамика смены древесных пород, жизнь, возобновление и распространение леса, география леса, лесная типология, а также роль вмешательства человека в жизнь леса и проблемы лесоразведения.

По всеобщему признанию, научный талант Г. Ф. Морозова в полной мере проявился в созданной им концепции типов леса, т. е. лесной типологии. Морозовская формулировка разъясняет, что под типом леса следует понимать «…совокупность насаждений, объединяемых в одну... группу общностью условий местопроизрастания... …Я требую, — добавлял лесовод,— при указании на местообитание и указаний на руководящие породы».

Автор не ограничивается изложением известных к тому времени званий в области лесоводства, а чуть ли на каждой странице борется за творческое развитие парадигмы своей науки, за усовершенствование принципов и подходов в лесных исследованиях, за переход к более прогрессивным и научно обоснованным методам практической работы с лесными насаждениями. Красной нитью проходят здесь эволюционные идеи Ч. Дарвина и представления о зональности и генезисе почв В. В. Докучаева.

Поразительна глубина экологического мышления Г.Ф. Морозова. То, что сегодня любой студент назовет экосистемой, было в начале XX века не очевидным проявлением природной организации, и можно только догадываться, как необычно воспринимались современниками Г. Ф. Морозова его слова:

«Лес не есть только общежитие древесных растений, он представляет собою общежитие более широкого порядка: В нем не только растения приспособлены друг к другу, но и животные к растениям и растения к животным, Все это взаимно приспособлено друг к другу, и все это находится под влиянием внешней среды. Это взаимное приспособление всех живых существ друг к другу в лесу, в тесной связи с внешними географическими условиями, создает в этой стихии свой порядок, свою гармонию, свою устойчивость и то подвижное равновесие, какое мы всюду наблюдаем в живой природе, пока не вмешается человек. Такое широкое общежитие живых существ, взаимно приспособленных друг к другу и к окружающей среде, получило в науке — зоогеографии — удачное название биоценозы, — и лес есть не что иное, как один из видов такой биоценозы».

Вместе с тем, Георгий Федорович всегда отмечал, что лес является понятием географическим. Он вкладывал в такое определение широкий естественно-исторический смысл, выдающий мыслителя планетарного масштаба.

«Лес есть стихия, и, подобно степям, пустыням, тундрам есть часть ландшафта, часть, стало быть, земной поверхности, занятой, в силу ее определенных биологических свойств, соответственными лесными сообществами».

Этот труд — теоретический фундамент обширной морозовской школы лесоводов. Известный отечественный географ, академик К. С. Берг отмечал, что, читая морозовский курс лесоводства, можно получить «полное представление о ландшафтах страны».

Уже в наше время, в 1959 г. академик ВИ. Сукачёв писал, что Г. Ф. Морозов принадлежал к числу тех немногих ученых, работы которых не только не теряют своего значения по мере того, как мы удаляемся от времени их появления, но ценность их становится всё более и более ощутима. Конечно, здесь имелось в виду «Учение о лесе», но мы могли бы то же самое сказать и о всем научном наследии замечательного отечественного лесовода, оставившего нам 315 опубликованных научных работ.

Г.Ф. Морозов гордился тем, что его учение о лесе возникло на российской почве, в стране, географические условия которой должны были благоприятствовать этому, как они в свое время благоприятствовали созданию учения о почве гением Докучаева.

«…Я должен принести благодарность Таврическому Университету, писал Г.Ф. Морозов в своей книге,— первому в истории создавшему университетскую кафедру лесоведения и лесоводства и давшему мне возможность работать в тяжелую пору всеобщей разрухи».

До последних дней своей жизни трудился Георгий Федорович. Больного профессора, сидящего в коляске под сенью деревьев в парке «Салгирка», где он некоторое время жил на помологической станции, его часто видели окруженным любознательными студентами. Он умер 9 мая 1920 года и похоронен согласно завещанию в парке «Салгирка». Теперь этот парк, раскинувшийся на 42-х гектарах, является ботаническим садом Таврического национального университета им. В. И. Вернадского. К парку примыкают места, где жили и творили другие великие естествоиспытатели Крыма — академики П. С. Паллас и Х.Х. Стевен. В столетнюю годовщину со дня рождения Г.Ф. Морозова, в 1967 г., на могиле ученого был установлен памятник из крымского диабаза с надписью: «Морозов Георгий Федорович — основоположник русского лесоводства. 1867—1920».

Могила проф. Г. Ф. Морозова в Симферополе. Снято в ноябре 1926 г.

Участники юбилейной научной конференции, посвященной этой дате, рядом с памятником разбили мемориальную Морозовскую рощу. Теперь она напоминает настоящий лес, который так любил и лелеял Георгий Федорович. В 1997 году памятник на могиле ученого был обновлен: установлен бюст Г.Ф. Морозова. Окончательное оформление мемориала произошло совсем недавно, в мае 2006 г. Ректор университета Н. В. Багров вместе с мэром Симферополя Г.А. Бабенко торжественно сняли полотнище с памятника, состоялся небольшой митинг, на котором выступили ученые, лесоводы, политики и студенты.

Символично, что памятный мемориал Г.Ф. Морозова размещен в большом круге диаметром около 30 метров, от которого, словно лучи от солнца, радиально расходятся шесть дорожек. Они как бы напоминают о шести памятниках, в разные годы сменивших друг друга на месте могилы выдающегося ученого — от простого деревянного креста до высокохудожественного архитектурного сооружения. Ни войны, ни вандалы не смогли уничтожить память о выдающемся естествоиспытателе.

Улица Дальняя, в Симферополе, где жил некоторое время Морозов, носит теперь его имя. В 1984 году, в дни 200-летнего юбилея Симферополя, имя профессора Г.Ф. Морозова вместе с именами других выдающихся горожан было отлито в металле на памятной скрижали, установленной в сквере, примыкающем к улице Пушкина. В Таврическом национальном университете на факультете естественных наук создана мемориальная Морозовская аудитория.

Могила проф. Г. Ф. Морозова. 2008 год.

В апреле 2000 г. по нашему представлению решением Карстовой комиссии Крымской академии наук одна из карстовых полостей в северо-западной части массива Северная Демерджи (Горный Крым) названа именем профессора Г.Ф. Морозова (ее параметры: протяженность — 70 м, глубина — 50 м, площадь 140 кв. м, объем — 1300 куб. м).

Теперь на карте Крыма навеки запечатлено имя этого выдающегося ученого-естествоиспытателя.

Глава 2. Работа Г. Ф. Морозова «Учение о лесе»

«Учение о лесе» Г. Ф. Морозова представляет собою работу, имевшую большое значение для первого этапа развития гносеологического направления в лесоведении.

Разрешение теоретико-познавательной проблемы было перенесено Марксом в область изучения исторического развития человеческого познания. Изучение это показывает как человек, постоянно совершенствуя на основе роста производительных сил и обусловленного им научного прогресса свои познавательные способности, тем самым все более и более постигает истину, переходя от незнания к знанию. Познавая природу, мы вызываем в ней именно те явления и изменения в вещах, которые хотим. Нет безусловного предела человеческого знания, а есть лишь границы, которые в данный период ставятся перед человечеством. Исторически данными ему производительными силами и общественными отношениями, причем с каждым новым этапом их развития эти границы изменяются.

Отсюда — лесоведение, как и всякое знание, должно рассматриваться в своем историческом развитии. Естественно, что данный труд профессора Георгия Федоровича Морозова, начатый изложением на лекциях в Лесном институте в 1902— 1903 учебном году и завершенный по материалам, собранным и опубликованным отдельными работами в последующее десятилетие, лишь подводит итоги практической лесоводственной деятельности в России до 1915 г. Из более поздних работ в него вошли незначительные по объему исследования, освещенные Г. Ф. Морозовым на лекциях, читанных в Таврическом университете в 1918— 19 г. К последним относятся работы: «о чистых и смешанных насаждениях», «о насаждениях простых и сложных», «об одновозрастных и разновозрастных насаждениях», «факторы лесообразования», «лесообразовательное значение биологических свойств древесных пород», «примерное описание некоторых типов сухой области» и др.

Основные работы Г. Ф. Морозова: «Свойства леса» (1912г.) «Природа Леса» (1912 г.), «Биология наших лесных пород» (1914 г.), «Смена пород» (1914 г.), составившие содержание отдельных глав и целых отделов «Учения о лесе», объединились впервые в книге «Основания учения о лесе», изданной в 1920 г. в Крыму. Само собою разумеется, что учебник, написанный в условиях тыла белой армии в Симферополе автором, оторванным длительной болезнью от событий, внесших ряд коренных изменений в направление биологических исследований, в значительной мере не связан с требованиями, предъявляемыми нами к специально лесной литературе в реконструктивный период. «Учение о лесе» не сочетается с планом текущего социалистического строительства, не дает предпосылок к развитию лесного опытного дела в условиях государственного лесного хозяйства, не развертывает перспективы освоения леса в условиях обобществленного пользования и, по существу, опирается на лесное хозяйство капиталистической системы.

Это иллюстрируется автором в определении соотношения между науками прикладными и науками «для науки», т. е. в типичном буржуазного плана отрыве познания от преобразования, теории практики, а гносеологии от действительности — «можно вообще различать два вида научных дисциплин, — говорит Г. Ф. Морозов, — теоретические и практические — теорию и прикладные знания, собственно науки и учение об искусствах; цель первых — познание, цель последних — преобразование вещей при помощи деятельности человека...»,

И далее: Лесоводство состоит из двух отделов: из учения о лесе — с одной стороны и учения о преобразовании этого леса с другой; первое учение знакомит нас с сущим, второе с должным. Учение о лесе есть по существу своему отрасль науки, преследующая вскрытие причинных зависимостей между теми явлениями, которые она изучает; вторая часть или собственно лесоводство — наука прикладная или нормативная, а также целевая; она должна обладать определенным критерием для оценки существующих форм леса и знанием методов для того, чтобы владеть умением видоизменять эти формы в направлении желаемого идеала».

Как видим, человеческая практика исключается автором из содержания науки, являющейся «самоцелью», и тем самым проводится последовательная двойственность в области идеологии и хозяйствования.

С одной стороны в «Учении о лесе» трактуется необходимость преобразования лесов, а с другой утверждается ограниченность этих преобразований в виду того, что — «лесоводство меньше, чем сельское хозяйство, имеет возможность искусственных воздействий на почву и растительность. Обработка и удобрение почвы, - заверяет нас автор, — весьма важные мелиоративные средства и в лесоводстве, но лишь в определенных отраслях его, вообще производительные силы почвы должны поддерживаться подбором определенных пород, регулированием сомкнутости полога, сохранением подлеска и тому подобными средствами, которые, в сущности, применяет сама природа».

Такое заключение снижает значение лесоводства как вполне конкретной науки о лесовозращении и воспитания леса, мешает правильному пониманию действительности и выработке научного материалистического мировоззрения, а тем самым, по существу говоря, затемняет сознание читателя книги, пользующегося ею как учебником.

Основной стержень «Учения о лесе» фитосоциологическая трактовка типов леса. В наши дни его следует оценивать не только в плане содержания самой книги, но и в свете того влияния на лесоводственную литературу, какое она оказала с момента выхода первого издания. В этом смысле чрезвычайно характерно, что реакционные <фитосоциологические», телеологические и грубо механические направления в ботанике черпали свое обоснование в значительной степени за счет этого учебника.

Телеологическими трактовками пестрит вся книга Г. Ф. Морозова. Поэтому и учение о типах насаждений Г. Ф. Морозова в той форме, как оно им в свое время разрабатывалось, не может быть целиком принято теперь. Оно должно быть согласовано, с одной стороны, с новейшими достижениями лесоводственной мысли, с другой, с диалектико-материалистическим подходом к изучению леса.

Подход к проблеме правильного ведения лесного хозяйства на основе изучения биологических и вообще естественно-исторических закономерностей леса как растительной базы является здоровой и научной точкой зрения, отвечающей нашей сегодняшней практике социалистического строительства. Но в трактовке этой стороны дела Г. Ф. Морозов является сторонником социального, буржуазного дарвинизма, извращающего учение Дарвина.

Так, на странице 299 книги мы находим заключение, что — «лес не есть только общежитие древесных растений, он представляет собою общежитие более широкого порядка; в нем не только растения приспособлены друг к другу, но и животные к растениям и растения к животным, все это взаимно приспособлено другу к другу, и все это находится под влиянием внешней среды. Это взаимное приспособление всех живых существ друг к другу в лесу, в тесной связи с внешними географическими условиями, создает в этой стихии свой порядок, свою гармонию, свою устойчивость и то подвижное равновесие, какое мы всюду наблюдаем в живой природе, пока не вмешивается человек».

Понимая взаимодействие не как исторические формы различий и. связей взаимоприспособляющихся организмов в борьбе за существование и отбор, то есть не дарвинистически, Г. Ф. Морозов суживает значение борьбы до значения простого, хотя и важного состояния,. имеющегося на ряду с другим противоположным состоянием, вытекающим из взаимодействия взаимопомощью, причем природа взаимодействия остается в книге неопределенной.

Мало того, он принимает дарвиновские закономерности на ряду с другими, а не как основное. Отсюда, например, утверждения,. что — «биологические свойства различных древесных пород, объясняя и определяя свойство и формы леса, в свою очередь, органически вырабатывались не только под влиянием известной физико-географической обстановки, нон отбора, борьбы за существование и других социальных. моментов, характерных для леса» (стр. 103).

Такая Постановка проблемы подводит вплотную Г. Ф. Морозова к механическому закону подвижного равновесия — «благодаря всем предыдущим влияниям (изменения состава лесов) в особенности же прямым, о которых речь будет еще впереди, уничтожается то подвижное равновесие в природе, в частности, в лесу, как 6е в ней существует до вмешательства человека. В природе не существует полезных и вредных птиц, полезных и вредных насекомых, там все служит друг другу и взаимно приспособлено», а отсюда следует вывод, что — «Почти вся лесная и сельскохозяйственная энтомология обязана своим суще...

ВНИМАНИЕ!
Текст просматриваемого вами реферата (доклада, курсовой) урезан на треть (33%)!

Чтобы просматривать этот и другие рефераты полностью, авторизуйтесь  на сайте:

Ваш id: Пароль:

РЕГИСТРАЦИЯ НА САЙТЕ
Простая ссылка на эту работу:
Ссылка для размещения на форуме:
HTML-гиперссылка:



Добавлено: 2019.02.04
Просмотров: 115

При использовании материалов сайта, активная ссылка на AREA7.RU обязательная!